Просыпается Илья Муромец. Голова трещит с похмелья, покуражился вчера, повеселился, а где - нету моченьки вспомнить-то. Оседлал вороного коня, кое-как, с табуреточки взгромоздился на него и поскакал в Муром-град за опохмелкою. Вдруг глядь - Соловей-Разбойник по самую голову в земле закопан и только моргалами лупает.
- Соловушка, друг ты мой сердешный - запричитал Илья Муромец, помогая при этом Соловью-Разбойнику вылезти из земли, - Что случилось с тобою, кто та вражина, что над тобою так покуражилась, ты скажи, я ему мигом мозги вправлю, будет знать, как моих друзей обижати!
- Не-е! Не волнуйся, Илюшенька, всё впорядке! Мы сами разберёмся! - отвечает Соловей-Разбойник, отряхиваясь и косясь на ближайший дуб. Там висел на собственном хвосте, слегка покачиваясь на ветру, Змей-Горыныч, одна голова отрубленна, другая надрубленна, а у третей - фингал в поллица.
- Батюшки, пресвяты угодники, - аж присел Илья Муромец, увидев эдакое безобразие, - Змеюшка, друг ты мой разлюбезный! Да как же это! Да кто же это так! Да как же это я не уследил за вражинами, кто так покуражился! Да я сейчас дружину подниму! Да я...
- Нет, нет! Не надо, Илюшенька, всё впорядке, - еле ворочая языком говорит Змей-Горыныч, падая при этом с дерева, потому что Илья хвост отвязал. - Это я нечаянно, не обращай внимания. всё хорошо!!! Ступай своей дорогой и спасибо тебе за помощь и сострадание!
Почесал Илья Муромец свою больну головушку, и поскакал дальше, а Соловей-Разбойник пустил слезу и говорит, обращаясь к Змею-Горынычу:
- Ну вот ты глянь! Вот трезвый - душа-человек, а напьётся - такой дурак, такой дурак...
|
